В субботу 14 июня в Амесфорте состоялся выездной семинар для преподавателей русского языка, на который были приглашены и родители. Большое спасибо организаторам за такую возможность, потому что в условиях ограниченной языковой среды очень важно, чтобы учителя и родители двигались по общему маршруту, чтобы родители получали поддержку, информационную и эмоциональную. Любой родитель билингвального ребенка знает, сколько усилий нужно прилагать для воспитания билингва, и поэтому замечательно, когда можно пообщаться со специалистами, услышать мнение опытных преподавателей, получить практические рекомендации и узнать об инновациях в области обучения.
Я попросила родителей поделиться впечатлениями о семинаре.
Оксана:
Впервые посещаю мероприятие подобного рода, буду надеяться, что не в последний раз. Впечатлило от и до! Многое можно почерпнуть, слушая таких замечательных преподавателей. Мои дети не говорят на русском, во всяком случае спонтанно, но после этого семинара появилась какая-то уверенность в том, что многое возможно. Главное – не опускать руки…а они порой опускаются. Меня рассмешил один момент – о моде учить русский язык.
Замечательно сказала преподаватель из Германии: «Важно не только обучить русскому языку, но достичь того, чтобы каждый стал/был успешным.»
Екатерина:
От лекций остались исключительно позитивные впечатления, большая благодарность докладчикам и организаторам! Очень интересно было узнать про эмоциональную подоплеку языка от (если иностранец, прекрасно владеющий русским, слышит “курочка”, то ассоциация у него “свежая”, если русский, то “Ряба”:)) Любопытно было услышать от профессионалов, как составляются тесты для самых маленьких детишек, на что делается упор (“должно быть комфортно и интересно”), в чем отличие обучения языку детей (мотивация – игра, язык нужен немедленно, здесь и сейчас) и взрослых (направленность на будущее), про то что людей, страдающих деменцией, направляют учить сложный иностранный язык (в нашем случае русский), ибо это тренирует память. А от лекции про двуязычных детей оторваться было невозможно (ибо это тема, волнующая всех нас). Екатерина Юрьевна дала много практических советов (как разыграть сказку, как разговаривать и расширять лексический запас: я наливаю воду в стакан, я наполняю стакан водой, мне хочется пить, и поэтому водичка уже в стакане и т.д.). А так же удивительные результаты исследований двуязычных детей из США, Германии, Израиля и Финляндии. Дети, оказываются, не отстают в усвоении языка* от своих московских сверстников, но разнородность ошибок ошеломляет. В то время как русские ребята ошибаются довольно однозначно (“яйцы”, “яца”), то дети, растущие в другой языковой среде ошибаются везде, где только ошибиться возможно (“яйки, яшки, яшцо и т.д.”). Про типичность ошибок, когда переводится калька с языка страны “дать цветам воды – вместо полить, утренний халат – вместо халат, пинать мяч, вместо играть в мяч). Интересно почерпнуть, что если ребенок научился читать, скажем на финском, то он освоит чтение на японском быстрее своих ровесников, не умеющих читать вообще.
Удивительно также было узнать про новую методику обучения чтению - принцип наглядности остается, но обыгрывается по-новому: деткам интересно само содержание слова. Про то, что не надо торопиться с прописными буквами, ибо мышцы кисти, отвечающие за правильное написание, сформировываются лишь к 7 годам.
И отдельное спасибо Александру Райхштейну за напоминание простой истины (мной, к сожалению, часто забываемой): дети должны оставаться детьми. Они хотят творить, как им нравится, выходя за рамки установленных взрослыми правил и структур. Чтобы нарисовать бабочку, ребенку не была предложена картинка, нарисованная взрослым. Александр объяснял словесно, что у бабочки есть крылья, брюшко и усики. А кто как это видит – решайте сами. Получались удивительные картины. Его методика случайно совпала с подходом Реджо Эмилия - городка на севере Италии. “Маленькие дети по умолчанию считаются интеллектуально любознательными, изобретательными и обладающими большим потенциалом”. Сто языков ребенка. Удивительный проект с говорящим яйцом, когда в громадном гнезде начинали говорить детки, не желающие никому открываться. Но с тем, кто сидит в яйце, они говорили. Ибо тот, кто в яйце, еще меньше ребенка и этого мира совсем не знает и боится, а ваш малыш хочет ему помочь. Ну вот, спасибо за удивительные лекции, и конечно, было просто приятно заново окунуться в родную речь!:) Спасибо!
Алсу Баутинг, руководитель Проекта Культуры:
Семинар был интересным и насыщенным – содержательные доклады, живые обсуждения, приятные коллеги, новые знакомства и наивкуснейший суп в перерыве. Отдельное спасибо организаторам за гостеприимство!
А теперь очень много о содержательной стороне семинара.
Татьяна Эвальдовна Корепанова, зав.кафедрой теории и практики преподавания русского языка как иностранного Государственного института русского языка имени А.С. Пушкина, порадовала новостью о запуске программы тестирования для билингвов, для которых до сегодняшнего дня еще используются тесты РКР (русского как родного) или РКИ (русского как иностранного). Ясно, что билингв отличается от одноязычного ребенка и ребенка-инофона, изучающего русский язык с нуля. Но каковы характеристики билингвального ребенка? Татьяна Эвальдовна выделяет 4.
1. Фонетическое письмо .
Билингв пишет как слышит. С детства воспринимая речь на слух, также как и в случае РКР, он хорошо редуцирует, это значит, что «молоко» в его речи, а затем на первых этапах письма – это, как правило, [млако]. У ребенка-инофона проблема письменной речи отсутствует. Звуковой и письменный образ слова совпадают, что, конечно, противоречит нормам звукопроизношения в русском языке.
2. Консервация детской речи.
Если язык не совершенствуется, ребенок-билингв в уже взрослом возрасте пользуется словами и выражениями, характерными детской речи. Например, использование уменьшительно-ласкательных суффиксов (птичка вместо птица, хлебушек вместо хлеба и т.д.). Татьяна Эвальдовна привела в качестве примера выражение «коленка бо-бо». Если даже мама ребенка в России будет постоянно говорить бо-бо, ребенок в русской языковой среде будет слышать и научится употреблять и другие варианты. В то время как в нашем случае речь родителя (родителей) является образцовой.
Мне кажется, чтобы избегать подобных комичных ситуаций, важно просто называть вещи своими именами с самого детства. Когда моей дочери было 3 года, ей подарили русскоговорящую куклу с коронной фразой «я хочу пи-пи». Моей ребенок, придя в полное недоумение, спросил: «Мама, что такое пи-пи?»
3. Агрессивное влияние языковой среды.
Наши дети растут в двух культурах, ежедневно пользуются двумя языками. С 4-6 лет голландский начинает активно проникать в поле русского языка. Каждый родитель слышал от своего чада выражения типа «мама от папы» (это значит, папина мама), «подожди на меня» (это значит, подожди меня), «я сижу на футболе» (это значит, я занимаюсь футболом).
4. Ассиметричное развитие разных видов речевой деятельности.
Ребенок-инофон хорошо пишет и читает, но с трудом воспринимает речь на слух, в то время как у билингва хорошо развито аудитивное восприятие речи.
С середины сентября должны запустить онлайн портал «Русский язык для наших детей», на котором планируется публиковать игровую, учебную и методическую информацию. Мы будем следить за работой сайта, так как очень заинтересованы в альтернативных упражнениях (помимо учебников) и тестах для билингвов.
Большой интерес участников семинара вызвала лекция доцента Хельсинского университета, Е. Ю. Протасовой. Екатерина Юрьевна поделилась результатом исследования двуязычных детей, в котором билингвы сравнивались с контрольной группой в России. Было доказано, что билингвы не отстают в развитии, как считалось раньше, они просто развиваются по иному.
В другом исследовании сравнивались языки двуязычных детей (финского и русского). Как правило, описание картинки на финском языке содержало больше лексических единиц и было грамматически более сложным. Было интересно узнать, как язык влиял на интерпретацию визуального материала. Например, медведь с некой посудой, напоминавшей чайник, кофейник или кувшин, в русском варианте нес чай, а в финском – кофе.
Екатерина Юрьевна высказала очень интересную мысль о необходимости предмета перевода на последнем этапе обучения билингва не для подготовки его к профессии переводчика, а для более глубокого понимания двух языков. Я уверена, что после краткого введения в практику перевода, билингв, во-первых, подумает, прежде чем спросит «ты сделала шутку?», во-вторых, не будет дословно переводить устойчивые выражения «какое твое имя?» или «какая ты старая?», а в-третьих, этот предмет поможет объединить два родных языка ребенка, которые мы всегда стараемся разделять.
В своей лекции Екатерина Юрьевна успела объять необъятное, подойдя к теме билингвизма с разных сторон. Как лингвисту мне было интересно послушать об исследованиях в области билингвизма, как переводчику мне понравилась идея краткого курса перевода в процессе обучения, как преподавателя-практика и мамы двух билингвов меня порадовала практическая часть выступления, в которой она дала множество рекомендаций и примеров упражнений для развития речи. Мы обязательно будем пользоваться предложенными алгоритмами на уроках и дома.
Екатерину Юрьевну хотелось слушать бесконечно, поэтому во время паузы и после окончания семинара мы не отходили от нее. Спасибо, что уделили нам время!
Выступление доктора педагогики, логопеда, директора Института детского развития, Елены Борисовны Агеевой, было очень любопытным, но коротким. Мне понравились представленные ею точечные диктанты на гласные буквы, очень нужными показались грамматические упражнения во время обучения чтению, понравился подход к предоставлению выбора в обозначенных учителем рамках. Надеемся, что Елена Борисовна когда-нибудь сможет глубже рассказать о своей методике.
Художник, скульптор и иллюстратор детских книг, Александр Райхштейн покорил нас рассказом о детских творческих проектах. И хотя, в нашей школе очень узкая направленность (русский язык, чтение и развитие речи), мы взяли на вооружение его идеи, которые можно использовать в праздничных мастерских или дома во время каникул. Благодаря Александру я открыла для себя Лориса Малагуцци и его «У ребенка сто языков, сто рук, сто мыслей». Есть о чем поразмышлять…
“У ребенка сто языков, сто рук, сто мыслей, сто способов думать, играть и говорить. Сто способов слушать, восхищаться, любить. Сто радостных чувств, чтобы петь и понимать сто миров, чтобы совершать открытия. У ребенка сто языков, но у него крадут девяносто девять из них. Школа и культура отделяют голову от тела. Они учат: думать без рук, делать без головы, слушать молча, понимать без радости, а любить и восторгаться только на Пасху и Рождество. Они учат: открывать уже существующий мир, а девяносто девять из ста миров крадут. Они учат: игра и труд, реальность и фантазия, наука и воображение, небо и земля, разум и мечты — вещи, несовместимые друг с другом. В общем, учат, что нет никакой сотни. Ребенок говорит: сотня есть.” Л. Малагуцци
Проект Культура на семинаре для преподавателей русского языка в Нидерландах
Я попросила родителей поделиться впечатлениями о семинаре.
Оксана:
Впервые посещаю мероприятие подобного рода, буду надеяться, что не в последний раз. Впечатлило от и до! Многое можно почерпнуть, слушая таких замечательных преподавателей. Мои дети не говорят на русском, во всяком случае спонтанно, но после этого семинара появилась какая-то уверенность в том, что многое возможно. Главное – не опускать руки…а они порой опускаются. Меня рассмешил один момент – о моде учить русский язык.
Замечательно сказала преподаватель из Германии: «Важно не только обучить русскому языку, но достичь того, чтобы каждый стал/был успешным.»
Екатерина:
От лекций остались исключительно позитивные впечатления, большая благодарность докладчикам и организаторам! Очень интересно было узнать про эмоциональную подоплеку языка от (если иностранец, прекрасно владеющий русским, слышит “курочка”, то ассоциация у него “свежая”, если русский, то “Ряба”:)) Любопытно было услышать от профессионалов, как составляются тесты для самых маленьких детишек, на что делается упор (“должно быть комфортно и интересно”), в чем отличие обучения языку детей (мотивация – игра, язык нужен немедленно, здесь и сейчас) и взрослых (направленность на будущее), про то что людей, страдающих деменцией, направляют учить сложный иностранный язык (в нашем случае русский), ибо это тренирует память. А от лекции про двуязычных детей оторваться было невозможно (ибо это тема, волнующая всех нас). Екатерина Юрьевна дала много практических советов (как разыграть сказку, как разговаривать и расширять лексический запас: я наливаю воду в стакан, я наполняю стакан водой, мне хочется пить, и поэтому водичка уже в стакане и т.д.). А так же удивительные результаты исследований двуязычных детей из США, Германии, Израиля и Финляндии. Дети, оказываются, не отстают в усвоении языка* от своих московских сверстников, но разнородность ошибок ошеломляет. В то время как русские ребята ошибаются довольно однозначно (“яйцы”, “яца”), то дети, растущие в другой языковой среде ошибаются везде, где только ошибиться возможно (“яйки, яшки, яшцо и т.д.”). Про типичность ошибок, когда переводится калька с языка страны “дать цветам воды – вместо полить, утренний халат – вместо халат, пинать мяч, вместо играть в мяч). Интересно почерпнуть, что если ребенок научился читать, скажем на финском, то он освоит чтение на японском быстрее своих ровесников, не умеющих читать вообще.
Удивительно также было узнать про новую методику обучения чтению - принцип наглядности остается, но обыгрывается по-новому: деткам интересно само содержание слова. Про то, что не надо торопиться с прописными буквами, ибо мышцы кисти, отвечающие за правильное написание, сформировываются лишь к 7 годам.
И отдельное спасибо Александру Райхштейну за напоминание простой истины (мной, к сожалению, часто забываемой): дети должны оставаться детьми. Они хотят творить, как им нравится, выходя за рамки установленных взрослыми правил и структур. Чтобы нарисовать бабочку, ребенку не была предложена картинка, нарисованная взрослым. Александр объяснял словесно, что у бабочки есть крылья, брюшко и усики. А кто как это видит – решайте сами. Получались удивительные картины. Его методика случайно совпала с подходом Реджо Эмилия - городка на севере Италии. “Маленькие дети по умолчанию считаются интеллектуально любознательными, изобретательными и обладающими большим потенциалом”. Сто языков ребенка. Удивительный проект с говорящим яйцом, когда в громадном гнезде начинали говорить детки, не желающие никому открываться. Но с тем, кто сидит в яйце, они говорили. Ибо тот, кто в яйце, еще меньше ребенка и этого мира совсем не знает и боится, а ваш малыш хочет ему помочь. Ну вот, спасибо за удивительные лекции, и конечно, было просто приятно заново окунуться в родную речь!:) Спасибо!
Алсу Баутинг, руководитель Проекта Культуры:
Семинар был интересным и насыщенным – содержательные доклады, живые обсуждения, приятные коллеги, новые знакомства и наивкуснейший суп в перерыве. Отдельное спасибо организаторам за гостеприимство!
А теперь очень много о содержательной стороне семинара.
Татьяна Эвальдовна Корепанова, зав.кафедрой теории и практики преподавания русского языка как иностранного Государственного института русского языка имени А.С. Пушкина, порадовала новостью о запуске программы тестирования для билингвов, для которых до сегодняшнего дня еще используются тесты РКР (русского как родного) или РКИ (русского как иностранного). Ясно, что билингв отличается от одноязычного ребенка и ребенка-инофона, изучающего русский язык с нуля. Но каковы характеристики билингвального ребенка? Татьяна Эвальдовна выделяет 4.
1. Фонетическое письмо .
Билингв пишет как слышит. С детства воспринимая речь на слух, также как и в случае РКР, он хорошо редуцирует, это значит, что «молоко» в его речи, а затем на первых этапах письма – это, как правило, [млако]. У ребенка-инофона проблема письменной речи отсутствует. Звуковой и письменный образ слова совпадают, что, конечно, противоречит нормам звукопроизношения в русском языке.
2. Консервация детской речи.
Если язык не совершенствуется, ребенок-билингв в уже взрослом возрасте пользуется словами и выражениями, характерными детской речи. Например, использование уменьшительно-ласкательных суффиксов (птичка вместо птица, хлебушек вместо хлеба и т.д.). Татьяна Эвальдовна привела в качестве примера выражение «коленка бо-бо». Если даже мама ребенка в России будет постоянно говорить бо-бо, ребенок в русской языковой среде будет слышать и научится употреблять и другие варианты. В то время как в нашем случае речь родителя (родителей) является образцовой.
Мне кажется, чтобы избегать подобных комичных ситуаций, важно просто называть вещи своими именами с самого детства. Когда моей дочери было 3 года, ей подарили русскоговорящую куклу с коронной фразой «я хочу пи-пи». Моей ребенок, придя в полное недоумение, спросил: «Мама, что такое пи-пи?»
3. Агрессивное влияние языковой среды.
Наши дети растут в двух культурах, ежедневно пользуются двумя языками. С 4-6 лет голландский начинает активно проникать в поле русского языка. Каждый родитель слышал от своего чада выражения типа «мама от папы» (это значит, папина мама), «подожди на меня» (это значит, подожди меня), «я сижу на футболе» (это значит, я занимаюсь футболом).
4. Ассиметричное развитие разных видов речевой деятельности.
Ребенок-инофон хорошо пишет и читает, но с трудом воспринимает речь на слух, в то время как у билингва хорошо развито аудитивное восприятие речи.
С середины сентября должны запустить онлайн портал «Русский язык для наших детей», на котором планируется публиковать игровую, учебную и методическую информацию. Мы будем следить за работой сайта, так как очень заинтересованы в альтернативных упражнениях (помимо учебников) и тестах для билингвов.
Большой интерес участников семинара вызвала лекция доцента Хельсинского университета, Е. Ю. Протасовой. Екатерина Юрьевна поделилась результатом исследования двуязычных детей, в котором билингвы сравнивались с контрольной группой в России. Было доказано, что билингвы не отстают в развитии, как считалось раньше, они просто развиваются по иному.
В другом исследовании сравнивались языки двуязычных детей (финского и русского). Как правило, описание картинки на финском языке содержало больше лексических единиц и было грамматически более сложным. Было интересно узнать, как язык влиял на интерпретацию визуального материала. Например, медведь с некой посудой, напоминавшей чайник, кофейник или кувшин, в русском варианте нес чай, а в финском – кофе.
Екатерина Юрьевна высказала очень интересную мысль о необходимости предмета перевода на последнем этапе обучения билингва не для подготовки его к профессии переводчика, а для более глубокого понимания двух языков. Я уверена, что после краткого введения в практику перевода, билингв, во-первых, подумает, прежде чем спросит «ты сделала шутку?», во-вторых, не будет дословно переводить устойчивые выражения «какое твое имя?» или «какая ты старая?», а в-третьих, этот предмет поможет объединить два родных языка ребенка, которые мы всегда стараемся разделять.
В своей лекции Екатерина Юрьевна успела объять необъятное, подойдя к теме билингвизма с разных сторон. Как лингвисту мне было интересно послушать об исследованиях в области билингвизма, как переводчику мне понравилась идея краткого курса перевода в процессе обучения, как преподавателя-практика и мамы двух билингвов меня порадовала практическая часть выступления, в которой она дала множество рекомендаций и примеров упражнений для развития речи. Мы обязательно будем пользоваться предложенными алгоритмами на уроках и дома.
Екатерину Юрьевну хотелось слушать бесконечно, поэтому во время паузы и после окончания семинара мы не отходили от нее. Спасибо, что уделили нам время!
Выступление доктора педагогики, логопеда, директора Института детского развития, Елены Борисовны Агеевой, было очень любопытным, но коротким. Мне понравились представленные ею точечные диктанты на гласные буквы, очень нужными показались грамматические упражнения во время обучения чтению, понравился подход к предоставлению выбора в обозначенных учителем рамках. Надеемся, что Елена Борисовна когда-нибудь сможет глубже рассказать о своей методике.
Художник, скульптор и иллюстратор детских книг, Александр Райхштейн покорил нас рассказом о детских творческих проектах. И хотя, в нашей школе очень узкая направленность (русский язык, чтение и развитие речи), мы взяли на вооружение его идеи, которые можно использовать в праздничных мастерских или дома во время каникул. Благодаря Александру я открыла для себя Лориса Малагуцци и его «У ребенка сто языков, сто рук, сто мыслей». Есть о чем поразмышлять…
“У ребенка сто языков, сто рук, сто мыслей, сто способов думать, играть и говорить. Сто способов слушать, восхищаться, любить. Сто радостных чувств, чтобы петь и понимать сто миров, чтобы совершать открытия. У ребенка сто языков, но у него крадут девяносто девять из них. Школа и культура отделяют голову от тела. Они учат: думать без рук, делать без головы, слушать молча, понимать без радости, а любить и восторгаться только на Пасху и Рождество. Они учат: открывать уже существующий мир, а девяносто девять из ста миров крадут. Они учат: игра и труд, реальность и фантазия, наука и воображение, небо и земля, разум и мечты — вещи, несовместимые друг с другом. В общем, учат, что нет никакой сотни. Ребенок говорит: сотня есть.” Л. Малагуцци
Проект Культура на семинаре для преподавателей русского языка в Нидерландах
Комментариев нет:
Отправить комментарий